В моей живописи панорамные полиптихи становятся способом бесконечного проживания одного и того же состояния — не буквально, но эмоционально узнаваемого.

Протяжённые горизонтальные форматы, собранные из отдельных фрагментов, создают эффект монтажа: они соединяют наблюдения с почти повторяющимся сюжетом в единый, нелинейный поток восприятия. Это не фиксация мгновения, а способ присутствия одновременно в реальном и метафизическом пространствах.

Опыт работы в авторской креативной фотографии для глянцевых изданий определил мою композиционную стратегию: точность ракурса, баланс фигур, выверенность элементов. В живописи этот «режиссёрский» взгляд соединяется с пластической свободой — монтажная логика переносится на холст, а привычный язык редакционной фотографии обретает новый смысл.

Главным источником визуального и эмоционального опыта для меня стало детство в доме деда. Атмосфера этого пространства с его геометрическими орнаментами и особым светом стала архетипическим мотивом моих работ. Этот опыт сформировал моё внимание к цвету как к форме присутствия и как возможности удержания взгляда в точке пересечения внутреннего и внешнего.

Повторяющийся мотив человека, сидящего на стуле в открытом пространстве — отсылка к детским воспоминаниям — связывает мои ранние постановочные фотографии и позднюю живопись. Это образ, где повседневность встречается с трансцендентным.

Цвет и свет в живописи строятся на максимальном напряжении между холодными и тёплыми оттенками, рождая эффект почти ослепляющего свечения. Плотная матовая поверхность, напоминающая выгоревшую на солнце эмаль, контрастирует с прозрачными лессировками, создавая ощущение многослойной глубины и физически ощутимого тепла.

Серии Время полдень и Синева — это нащупывание границ между пространством и временем, материальным и беспредметным.

Время полдень — метафизические «комнаты без крыш», в которых личная память переплетается с коллективным опытом. Эти образы резонируют с философскими идеями гетеротопий Мишеля Фуко и стратегиями замедленного восприятия — как способ сопротивления визуальному шуму и утрате эмоциональной глубины в современном мире.

Синева — образ общности вне диалога, разделённого одиночества, наполненного тонкой духовной сопричастностью. Здесь синий и оранжевый существуют в предельном контрасте, удерживая пространство между телесным и нематериальным.

В этом объединении личных воспоминаний и универсальных культурных смыслов проявляется сопротивление ускоренному цифровому ритму современности и открывается возможность для переосмысления памяти, пространства и самого опыта присутствия.